Мы продолжаем жить.
Мы читаем или пишем стихи.
Мы разглядываем красивых женщин,
улыбающихся миру с обложки
иллюстрированных журналов.
Мы обдумываем своих друзей,
возвращаясь через весь город
в полузамерзшем и дрожащем трамвае:
мы продолжаем жить.

Иногда мы видим деревья,
которые
черными обнаженными руками
поддерживают бесконечный груз неба,
или подламываются под грузом неба,
напоминающего по ночам землю.
Мы видим деревья,
лежащие на земле.
Мы продолжаем жить.
Мы, с которыми ты долго разговаривал
о современной живописи,
или с которыми пил на углу
Невского проспекта
пиво, --
редко вспоминаем тебя.
И когда вспоминаем,
то начинаем жалеть себя,
свои сутулые спины,
свое отвратительно работающее сердце,
начинающее неудобно ерзать
в грудной клетке
уже после третьего этажа.
И приходит в голову,
что в один прекрасный день
с ним -- с этим сердцем --
приключится какая-нибудь нелепость,
и тогда один из нас
растянется на восемь тысяч километров
к западу от тебя
на грязном асфальтированном тротуаре,
выронив свои книжки,
и последним, что он увидит,
будут случайные встревоженные лица,
случайная каменная стена дома
и повисший на проводах клочок неба, --
неба,
опирающегося на те самые деревья,
которые мы иногда замечаем....

не то чтобы потрясения становятся слабее, наоборот, остаешься в неловком недоумении по поводу, но не можешь никак выразить то, что чувствуешь. напрямую не можешь, потому что сам окажешься всегда дураком, а еще скорее эгоистом и сволочью, а намеками - как их только не поймут и все равно непременно посадят за школьную парту и будут учить жить, и журить, как школьницу. то ли дело парикмахерская - час вокруг тебя носятся, разговоры - только о прическах. и - бац - ты новая, чуть-чуть другая. и можно, конечно, еще немножко попереживать, но зачем?
что-то давно я не красила волосы, вот что.
а что, это вполне похоже на меня в школе - прежняя светлорусость. этим и ограничусь.

к слову о Рильке - он оказался прекрасен.
я много раз слышала это от мамы - вообще-то он один из ее любимейших поэтов. но из-за того, что мама любила его так сильно, что читала исключительно в оригинале, дома я обнаружила лишь сборник стихов на немецком. поэтому пока упиваюсь прозой. позже, наверное, зайду в библиотеку (в последнее время у меня страшная ломка оттого, что я так давно не ходила в библиотеку) и возьму его стихи. не, ну можно и в интернете, конечно, почитать, но нет, нет, нельзя не воспользоваться таким поводом зайти в библиотеку.

не знаю, какой он в стихах - судя по тому поэту, что читал мне его вслух с собственным беспомощным синхронным переводом, должен быть романтичным, как Шопен. но в прозе он - жесткий мизантроп, и романтическим (все же и желчным тоже) флером у него овеян только Париж. это тоже одна из радостей этой книги - я представляю те места, о которых он пишет! Rue de Seine, Boulevard Saint-Michel - названия не перевели, и от этого погружаешься в Париж еще сильнее...

самый волшебный кусочек, который прочитала на данный момент:
Бывает, я прохожу мимо лавчонок, на rue de Seine например. Торговцы древностями, старыми книгами, гравюрами, загромождающими витрины. К ним никто не заходит, видно, они прогорают. Но загляните вовнутрь, и вы увидите, как они сидят и преспокойно читают; не пекутся о завтрашнем дне, об удаче, и пес уютно расположился рядом, у ног, а кот крадется вдоль книжных рядов, будто намереваясь стереть с корешков имена. Довольствоваться бы этим. Я, бывает, мечтаю купить вот такую заваленную витрину и в ней просидеть двадцать лет со своим псом.
Райнер Мария Рильке. Записки Мальте Лауридса Бригге.

и картинки из моих воспоминаний:


( +3 )

юбилей Марка Ефимовича Кесселя и 25-летие нашего любимого колледжа
боюсь, это будет интересно исключительно Тамаре :)

( некоторое количество фотографий )

http://www.e-generator.ru/files/ny_final.swf

с наступающим годом крысы вас, товарЫщЫ!!

Ты зол на меня, ты двери отворил - я теперь свободна как птица,
Но неба больше нет, молчание - пустое окно, где все незнакомо,
Молчания боюсь, одно оно знает, как долго это продлится,
Свидания ищу, как ищут котенка в стенах горящего дома....

Свиданье с тобой - одно движенье губ и прощенье, и возвращенье,
Ты двери отворил, ты корни, якоря оборвал - я невесома...
Где есть моя вина, там по пятам за нею придет твое горькое мщенье,
Свидания ищу, как ищут котенка в стенах горящего дома...

Желаешь понять - была ли я твоей и на что это было похоже,
А лето без меня не хочет летом быть, и вино пьянит по-другому,
Где есть моя вина, там нет ее и если не ты, мой гордый, то кто же,
Кто вспомнит обо мне, о рыжем котенке в стенах горящего дома...

Екатерина Болдырева

сегодня в офисе антиалкогольные настроения......

.........вчера был корпоративный новый год

(c) _milez_

очень нравится эта фотография

пусть тут будет эта афишка :)